messaggiera (messaggiera) wrote,
messaggiera
messaggiera

Categories:

Дина Рубина

Прочитала два рассказа Рубиной: «Перелетный альт» и «Уроки музыки». Никогда раньше не интересовалась творчеством этой писательницы, но тут получила рекомендацию, и плюс к тому, меня соблазнила музыкальная тематика (известно, что авторша – пианистка, окончила консерваторию).
Впечатления – так себе, если честно. Таких баек а-ля «случай из жизни» у любого наблюдательного человека с подвешенным языком полно. Ими забит фейсбук и жж, это прикольно, но никто это не пытается вознести в ранг литературы. Рубина много пишет о себе, о своём характере, о переживаниях, об оценках, то есть пытается заинтересовать «глубиной личности», сквозь которую она глядит на обычную жизнь, и поэтому ей типа открывается что-то особое. Но лично мне это не показалось интересным. Какая-то нарочитая многозначительность.


В рассказе «Уроки музыки» меня выбесила непедагогичность, в которой расписывается авторша (сама того не видя). Уж вроде бы писательница должна быть знатоком человеческих душ, но тут такая чёрствость и углубленный в себя эгоизм, что просто ой.
По сюжету героиня (она же авторша) сама того не желая, соглашается учить музыке девочку сироту: мама умерла, осталось трое детей, отец пашет, стараясь давать детям лучшее (музыкальное образование, например). При этом ученица, средняя из детей, но старшая из дочерей, делает всю домашнюю работу (готовка, стирка, уборка, уход за сумасшедшим дедом, который может «ходить в штаны»). Никому ничего не жмёт, что называется, мысль о том, что можно за деньги, которые отец платит за музыку, нанять помощницу по дому, в голову не приходит никому. Ученице на занятия плевать, но она не хочет расстраивать отца, поэтому терпит. При этом есть младшая сестра, которая, как описывается, явно заинтересована и хочет. Но героиня-авторша принимает ситуацию как есть, и продолжает давать бесполезные уроки тяжело нагруженному подростку.
Второй эпизод вообще за гранью. Героиня вытащила ученицу на концерт в ДМШ, где девочка были ошарашена гениальной игрой скрипача.
[цитата]Дальше надо цитировать.

Карина сидела в середине пустого вагона, отвернувшись к окну. Хватаясь за поручни, я плюхнулась рядом и приобняла ее за плечо. Она вдруг обернулась, и я обомлела: столько безнадежного, взрослого отчаяния было в ее глазах, зеркальных от слез.
– Я такая несчастная! – сказала она.
– Ты что? – Я испуганно наклонилась к ней, крепко сжав ее плечо.
– Я несчастная, и все, – убежденно повторила она.
– Дурочка! – весело воскликнула я, чувствуя, как задыхается от тоски сердце: зачем, зачем я потащила ее на этот концерт! – Вот так дурочка! Здравствуйте! Да разве несчастные такие бывают? Разве у несчастных бывает такое роскошное синее платье, такой замечательный хвост с желтым бантом! – Я несла веселую ахинею и мысленно кляла себя последними словами. – Разве у несчастных бывает такой замечательный отец, который ничего для детей не жалеет! А какие у тебя брат с сестрой! А какая кошка!
Она улыбнулась моей болтовне, сморгнула слезинку и спросила:
– А что он играл?
– Кто?
– Ну, этот скрипач – красивый такой, высокий? Я сделала вид, что не могу вспомнить.
– Ну, ученик вашего Сергея Федоровича.
– А, ученик! Тоже мне красивый – да ты видела, как он ходит? Как верблюд. Шею вытянет, ноги волочит – шмяк, шмяк, шлеп, шлеп! – Я, не вставая, показала, как ходит мальчик. Она улыбнулась, покачала головой:
– Как он играл!
– Хорошо играл, – согласилась я. – Но если хочешь знать, меня сегодня все спрашивали – что это за девочка с вами? Какая красивая девочка!
Она подняла на меня недоверчивые глаза.
– Правда, правда! Видела, я подходила к пожилой такой даме с длинным носом? Она заведующая фортепианным отделом. Вот она как раз и спрашивала: «Что это за дивная девочка с тобой? Издали видно, какая чудная, музыкальная девочка! Надо, говорит, ее в нашу школу забрать»…
Карина глядела на меня жадно, серьезно, чуть приоткрыв рот.
– Нет, – с сожалением вздохнула она. – Нет, не получится… Слишком далеко ездить…
– Я так и сказала: трудно добираться из нашего района. Двумя трамваями… И потом, – я наклонилась к ней и добавила серьезно: – Ты же культмассовый сектор! Нельзя же бросать общественную работу…
Она кивнула и отвернулась опять к своему отражению, колеблющемуся в черном окне трамвая…
Мы помолчали…
– Не завидуй этим ребятам, – наконец сказала я. – У них тоже нелегкая жизнь… Я не знаю, как это тебе объяснить…
– Я понимаю. Много занимаются, – сказала она.
Мы опять замолчали. Нет, не могла я ничего объяснить ей…

И вот это вот антипедагогическое обесценивание девочкиных переживаний, это вот враньё, полнейшая чёрствость, подаётся как пример тонкого психологизма и проникновения в душу. Мрак.
Короче говоря, вопрос с творчеством Дины Рубиной для меня, видимо закрыт.
Tags: классики и современники, книги, музыка
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic
    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 11 comments